?

Log in

No account? Create an account

• 15, октябрь

Бог, ты слышишь? Ты мудак! Я сдаюсь.
Намного легче, когда есть чего ждать. До весны. Немного, еще немного. И я уйду. Мне наконец то хорошо).

• 12, октябрь

начни меня сначала, перевороши с неба на обратную сторону себя, ну что еще может быть выше, когда ниже даже не земля. я разрываю круги ада, привычного больного, он не терпит запаха лекарств, поэтому я не люблю аптеки - в них пахнет если не смертью, то дрожью, и ничего светлого, люди бегут и падают, ломаются и все равно верят. ночь вывернула меня наизнанку, я улыбаюсь, мне хорошо и скучаю по тебе как-то по-другому уже, сильнее что ли и иначе, как второе дыхание после месяцев затяжного прыжка. они не прошли, но я справляюсь, пока еще могу это делать. невозможно идти по прямой без колдобин - спрячь меня, пожалуйста, от всех и не уходи. просто спрячь и будь. а потом меня найдут на последнем издыхании, а я буду все так же улыбаться и умирать, потому что весны нет, лета нет, я потеряла их - я открою глаза и внезапно наступит октябрь с ошибками лимонно-алкогольного вкуса. завтра будет новым вчера - это законно, это умеренно и так должно быть. начни меня сначала, так чтобы мне не хотелось стираться из _ , обратный путь мой закрыт, назад нельзя, никак нельзя. никто и никого не поможет спасти. а меня спасешь? я призналась себе в суке-ревности, отчаянной и молчаливой, она меня с ума сведет, веришь. местамиместамиместами оледенело, а ревность - вот она, гложет и ноет. начни меня с начала.

• 7, октябрь

Не пиши мне, ну пожалуйста, не надо, не пиши. Я понимаю, что тебе похуй, давно уже похуй, но я не могу видеть тебя, твои буквы, смайлы, вспоминать, как ты дышишь, как ты куришь, как улыбаешься. Твой голос... если бы ты знала, чего стоит не набрать твой номер, просто услышать. Даже не говорить, это как раз таки и ни к чему, а вот просто помолчать...

• 5, октябрь

Случаются вещи, которые несовместимы с твоим внутренним пониманием до той степени, что хочется умереть. Одновременно решив проблему и собственного избавления, и собственного наказания.
Но приходится с этим жить.
Занимаешь себя простыми заботами: покормить кота, выпить сироп от кашля, сменить перегоревшую лампочку, вынести из квартиры ненужные вещи…
Город похож на съёмочную площадку, и декорации безупречны. Сворачиваешь за угол, и вдруг прислоняешься к стенке от внезапного сердечного спазма.
«Какого чёрта?» - думаешь, - «Господи, это конец?»
А это просто любовь. Ты забыла, что это так, ты думала, её больше нет, а это она…
Она там.
Как избавление и наказание. Как дополнительный клапан, сквозь который в тебя вливают густую пульсирующую субстанцию. Безлично, безотносительно.
Распорядись ею, как хочешь. Как сумеешь…
Я смогу говорить с тобой.
Все будет так, как должно быть.
Надо только подождать.
Немного.

• 4, октябрь

Такая странная чёрно-белая осень… Я совсем потеряла ощущение цвета. На какое-то время мир обрёл только две тональности, и весь этот карнавал жёлто-красно-рыжего выглядит в проёме окна, как старинное немое кино, с трещинками по краю плёнки.
Тапёр отлучился, а сиплый звук патефона звучит, похоже, только в моём воображении.

Серые галки повадились обрывать созревшие жёлуди, роняют их вниз и долго задумчиво смотрят вслед.
Сквозь листву проступают грифельные ветви, очертания крыш на фоне молочного неба штрихуются мелким дождём.
Мир лежит передо мной, как школьная контурная карта.
Урок закончен, но ни одна страница не раскрашена…

Совсем скоро там, наверху, кто-то достанет из невидимой морозилки большой кусок льда и будет натирать его на мелкой тёрке… Здесь у нас выпадет первый снег. И всем как-то сразу полегчает.
Я немножко умру. И повезу себя в маленький картонный город, который знает, что со мной делать.
А там, даст бог, всё как-нибудь наладится…

• 3, октябрь

Боже, сделай так чтобы у нее все было хорошо. А я даже буду свечки ставить. Ну и еще там чего нибудь, что там еще положено делать, ага.
Мне на самом деле так хочется, чтобы ты была счастлива, чтобы тебе никогда никогда не было больно, только не больно, только бы тебе было хорошо с ним, что я немею от осознания этого. И задыхаюсь немного даже. Дышать все еще больно, но уже совсем не так. Порезы и ссадины затягиваются, и новая стрижка, не оставившая от волос почти ничего, идет к моим очкам, так говорит Сабина. Она удивительная девушка, мне так хотелось бы вас познакомить. Представляешь, она не умеет варить кофе). И привезла два билета в Прагу, с открытой датой вылета - боже, это меня вырубило, ты не представляешь даже... я стояла и не могла ничего сказать, как дура, с этим конвертом в руках, я испугалась наверно даже, потому что сказать, что не полечу было так сложно.

• 2, октябрь

У нее завораживающие движения, вот ей богу, хочется смотреть бесконечно долго на то, как она делает обыденные в общем то вещи. Например режет салат или гладит кошку. Или лежит на полу и рассказывает об Индии, так необыкновенно и мне хочется там обязательно побывать. Она, бесспорно, умна. И не торопит меня, просто есть в сегодня, и я верю ей, так легко, что она будет и в завтра и через неделю. А я все равно молчу. За эти почти что полмесяца я так и не рассказала никому, что произошло и продолжает происходить во мне и со мной, все еще не могу спать, даже снотворное не имеет власти, и кошмары неотступно следуют за мною из ночи в ночь. И безумно, безумно больно. Каждое движение - боль, каждый вдох - боль... Но это неважно, когда я знаю, что могу написать тебе, или хотя бы просто включить аську и погладить твой ник пальчиком. Я знаю, что ты там. И что у тебя все хорошо. Я чувствую, что ты счастлива. Это главное.
На все вопросы Сабина говорит просто "а как может быть иначе?" и делает то, что мне было так нужно, так жизненно необходимо видеть от тебя. И чего никогда не было. Дай тебе бог, чтобы сейчас ты видела и получала все то, чего не умеешь давать сама, девочка.

• 1, октябрь

финальный день сентября 2010 начался с ливня,
с клавесина по подоконнику, с занавески, вздувшейся парусом,
с моря, исполосованного десятками нотных линий,
скрипичными ключами, бемолями, бекарами, ледивинтеровскими лилиями,
с шепота в темноте из закоулков сна "ты только люби меня",
с головной боли, с до безобразия некстати бессонницы,
похожей на запавшую в старом кассетнике кнопку "пауза",
с желания никогдаприникогда с тобой не ссориться,
и прощать, и не замечать несовпадений паззлов,
а переносить тебя через них на руках.

Сабина прилетела. У нее огромные глаза того же самого голубого цвета и кошачья грация и длинные пальцы и она слушает джаз, что она нашла во мне, боже, как же странно, лететь за сотни верст к незнакомому человеку, зачем?? Я ничего не понимаю в этом дурацком мире. Она так смотрит, как я пью кофе, что за ушами ползут мурашки. А я сижу, смотрю, и думаю, что бы променяла на то, что бы вот так на меня смотрела не она, а ты, хотя бы какое то время. С ней легко. И я не хочу с ней. Но она перекатывает на языке такие слова, которые я не произнесу после трудного дня или пары бутылок. С ней не нужно искать слов проще, да и вообще, можно просто молчать. Она читает такие сказки, о которых я не знала доселе. И она предложила жить вместе. Я отвезла ее домой, выпила кофе, сказала мол «тебе надо отдыхать, высыпайся» и позорно сбежала.
А дома ты… и обоже, со второго слова я реву, катаясь по дивану и давясь фенибутом вставшим вдруг резко поперек горла, выхватываю троих наугад из аськи и «не молчи» «что случилось?» «говори со мной» «да что блять с тобой случилось??» «случилась жизнь. Не дай мне ей задохнуться». Истерика. Задыхаюсь ею. Когда я стану воспринимать тебя как не более чем еще одну строку в аське, когда?? А ты говоришь позвони ей. Не могу понять, неужели ты не видишь того, что делаешь со мною? Или не понимаешь?

Почему такие хорошие люди такие ненужные? Видимо я тоже какая то ахуенно хорошая, раз такая не нужная.

• 29, сентябрь

сколько раз за последние сутки проверила почту? сколько раз пообещала себе прекратить? даже в лифте и потом на крыше, под покровом ночи я проверяю и проверяю ее - дико страстно сочно - как видно, в надежде начать там хоть что-нибудь находить.

и там даже что то бывает. но все не то.

но я все продолжаю и продолжаю проверять эту почту, это моя наркота, антидепрессант, мое невозбранное зелье. я засыпаю с телефоном в руке, миниопера - это очень удобное средство для таких вот маньяков. а если хочешь, я покажу тебе, как это делать. но мое невезение состоит лишь в том, что ты-то, увы, не хочешь. тебе это - если честно - вообще не надо: ни мои смски, ни моя эта самая почта, ни какие-то буковки, что я присылала ночью, ни лилии с утра, ни эмоции водопадом.

а я вот сейчас допишу и снова полезу в почту, может там что-нибудь, наконец, появилось новее? мне в этой реальности слов не хватает прочно... холодная осень. дождь непрестанно мочит асфальт и крыши. скучаю. люблю. жалею.
а ты не ответишь. сегодня уже не ответишь.... у меня итак ты и в телефоне, в почте, в имени - изнутри, снова проверяю почту. тысячупятьсотсороктретий... ужасно тянет набрать твой номер. поговорить. помолчать. просто голос услышать.
перечитываю двестичетыре смски. перебираю их по кусочкам, по паззлам, топлю в висках пальцы, я выдрала прядь волос, и сломала ноготь. И виски кончилось.
Сколько же можно пить.
Фраза "мой и только мой", как не толкуй ее, все равно останется этой фразой
Все эти смс такая хуйня
я ничтожество
и перечитать все еще раз
а потом написать еще раз что то вроде "а город с крыши так ахуенно красив"
только тссссссс
не рассказывай никому как ты тут дохнешь
медленнее
еще
больнее
расскажи мне еще раз, как ты его любишь
давай, тебе же ничего не стоит

• 28, сентябрь

Тебе человек не отвечает взаимностью, ну и хрен с ним. Тебе достаточно просто посмотреть на свет в его окнах. Ты можешь просто засунуть ему какой-то цветок в дверь, позвонить и убежать. Возникшее чувство - это уже чудо. У любви не бывает счастливого или несчастливого конца. Она либо есть, либо ее нет. А вот если ее нет, вот это пиздец, это плохо.
Я смогу. Я не напишу.
Боже, как же я пьяна...

И… и мне не достаточно. Я хочу тебя, а не созерцание того, как ты выглядишь с кем то со стороны. Я буду стараться, я научусь радоваться, я научусь радоваться, я научусь… Блять. Ну отчего так, что мешало остаться в той машине! Когда она начала переворачиваться (как же медленно то, как неспешно) казалось вот, еще миг, и уже не страшно, и я могу дышать, как хорошо, все уже кончилось… Спустя три дня я вспомнила, что написала тебе смс. Я не помню, что писала, помню лишь то ощущение привычного покалывания в кончиках пальцев, когда смс уходит из телефона к тебе. Ты даже не ответила, хотя что удивительного. Когда год назад я говорила о твоей жестокости то отчего то не задумывалась о вообще полной бесчувственности. Бездушности. Ты так долго добивалась этого). Когда столь долго хочешь походить на свой бездушный идеал, то рано или поздно, но станешь на него походить. Удивительно, как долго тянется ночь.